Вторая Инквизиция

Так Сородичи называют новую волну охоты на вампиров. У неё нет единого руководителя, членских списков или общего знамени: местная группа охотников может вообще не знать о международных операциях.

Внутри этой волны действует негласный международный союз. Его основные силы связаны с США, Великобританией, Россией, Бразилией и Обществом Св. Леопольда. К ним примыкают другие государственные службы; местные группы могут получать помощь союза, не входя в него.

Американские структуры обеспечивают значительную часть финансирования и разведывательной координации, а Священный альянс располагает опытом и средствами против сверхъестественного. Их представители согласуют крупные действия, но национальные службы сохраняют собственное руководство.

Планы и обмен сведениями прячут за обычной ведомственной работой. Не каждый сотрудник, участвующий в наблюдении, перевозке или штурме, знает, что его целью стал вампир: одни получают лишь ограниченное задание, другие видят полную картину.

На охоту влияют национальные приоритеты, ведомственная борьба и личные планы. Даже внутри одной страны участники конкурируют за сведения, полномочия и финансирование; союзники по операции могут по-разному относиться к захвату вампира или применению редкого оружия.

Совместная программа ЦРУ и АНБ собирает сведения о пустотелых и направляет операции против них. Её влияние велико, но даже в США рядом действуют другие службы со своими полномочиями. «Первый луч» часто принимают за всю Вторую Инквизицию, хотя это только один из её участников.

АНБ вместе с ЦРУ стояло у истоков «Первого луча». Ведомство предоставляет специалистам программы разведданные и технические возможности для наблюдения и взлома цифровых систем; сама программа «Первый луч» координирует действия разных служб.

УИО направляет военные операции США против сверхъестественного: от скрытной переброски бойцов до ударов с воздуха. Его система «Heartbeat» сопоставляет потоки данных в поисках следов вампиров. УИО и «Первый луч» обмениваются сведениями, но каждая структура сохраняет собственные источники и полномочия.

Отдел особых расследований ФБР ведёт дела, связанные со сверхъестественными угрозами, и участвует в охоте на вампиров. Это не другое название «Первого луча»: отдел работает в структуре ФБР, хотя может получать сведения от межведомственной программы.

Под этим обозначением скрываются сто бойцов морского спецназа США, которых УИО направляет против вампиров. Это боевое подразделение, а не ещё одно название программы «Первый луч».

Программа «Первый луч» внедрила своих людей в ИТС США, используя полномочия службы по борьбе с транснациональной преступностью. Охотникам доступны рейды, задержания и вооружённые подразделения. Однако службой пользуются и независимые охотники, о которых «Первый луч» может не знать.

Сторонники «Первого луча» используют разведывательные и силовые возможности УБН США. Международные расследования производства и перевозки наркотиков дают им доступ к наблюдению, местным полицейским и военным партнёрам. Сотрудники службы привыкли подолгу изучать преступные сети до начала операции.

В Центрах по контролю и профилактике заболеваний США (ЦКПЗ США) действует небольшая группа «Затмение». Она изучает передачу вампиризма и ищет вакцину, способную предотвратить Становление. Группе не хватает финансирования и образцов крови и тканей; за них она предлагает лекарства и вещества с ограниченным доступом. Среди возможных поставщиков — освободившиеся гули и местные охотники-любители.

В 1980–1990-х годах так называли неформальную сеть американских разведчиков и других специалистов, обменивавшихся сведениями о чудовищах, призраках и угрозах из иных измерений. Это предшествующая нынешней охоте сеть контактов, а не отдельное действующее ведомство «Первого луча».

Британская ОГРУ опирается на камеры, биометрию и обмен разведданными, чтобы находить цели и передавать их оперативным группам. Лондонские действия стали для неё доказательством эффективности постоянного наблюдения, но попытки распространить такую модель за пределы страны вызывают сопротивление партнёров.

ЦПСВ — британская служба радиоэлектронной разведки, в структуре которой действует ОГРУ. Её разведданные и технические возможности помогают группе находить вампиров и поддерживать операции по взлому цифровых систем.

Оперативные группы SO13 проводят силовые операции против вампиров. Подразделение выросло из антитеррористической службы лондонской полиции и тесно сотрудничает с британской разведкой.

Неформальную группу возглавляет сэр Саймон Ньюбург. Она направляет работу ОГРУ и стояла у истоков SO13. Через эту группу британские охотники поддерживают тайные связи с Арканумом и получают помощь в борьбе со сверхъестественным.

Арканум скрывает своё участие во Второй Инквизиции. В Великобритании его прямые контакты ограничены группой Ньюбург и руководителем SO13. Общество помогло создать ОГРУ и по запросу предоставляет охотникам сведения об оккультных угрозах и ритуальную поддержку: поиск магически скрытых мест и снятие защит. Его чародеи значительно уступают вампирам в силе; участие в операциях скрывают даже от рядовых бойцов.

8-е направление 5-го управления ГРУ давно ведёт охоту на вампиров и опасается единого международного командования под контролем других стран. Его сотрудники защищают собственные источники сведений, развивают специальные средства и не спешат передавать ресурсы для чужих приоритетов.

Подразделение российской военной разведки сначала собирало оккультные книги и предметы, захваченные у пустотелых, а затем стало вести собственные операции против их руководителей. На базе у Чёрного моря некоторых бойцов подвергают секретному протоколу ZMEI. Выжившие получают многие способности вампиров при сравнительно немногих слабостях.

Этот связанный с православной церковью орден охотников берёт начало не позднее византийской эпохи. Российская разведка проникла в его ряды, и теперь он фактически помогает ГРУ-Н58, хотя многие рядовые этого не знают. Акритаи чаще пользуются современным оружием, чем оккультными средствами; за немногими оставшимися колдунами пристально следят.

БСО — общая программа командования и подготовки охотников из бразильских батальонов специальных полицейских операций. Её отряды охотятся в городах и уделяют особое внимание защите государственных объектов и важных производств от влияния вампиров. Бойцы тесно сотрудничают с Ватиканом, но вынуждены выбирать, где действовать в первую очередь.

Созданная по просьбе Ватикана при финансировании УИО, ВПОР готовит местные силы к охоте на пустотелых за пределами Бразилии. Ей запрещено действовать внутри страны, зато её офицеры работают там, где нет подготовленных групп Второй Инквизиции: обучают полицейских, военных и других вооружённых охотников.

Священный альянс участвует в планировании и обмене сведениями с государственными партнёрами. Его сеть укрытий, архивы и знания о сверхъестественном дают союзникам то, чего не могут предоставить одни только бюджеты и техника.

Общество Св. Леопольда объединяет разные ордена и группы охотников. Их подходы различаются: одни работают небольшими скрытными отрядами, другие действуют открыто и жёстко. Общество связано с Ватиканом, но не сводится к его тайной службе.

Основанный после Французской революции орден охотится на вампиров жёсткими методами. Он связан с Opus Dei, действует в нескольких частях света и сохраняет собственные укрытия и учебные базы. Бойцы ордена часто работают поодиночке; принятых в ГСОС обычно ставят в первые ряды.

Братство базируется в Загребе и действует по всей Восточной Европе. Его охотники готовы жертвовать собой, поэтому успешны в одиночной охоте, но плохо подходят для службы в ГСОС. Братья поддерживают связи с Акритаи; через них Священный альянс иногда связывается с российскими охотниками.

ГСОС действует под командованием Священного альянса. Её ядро составили бойцы Gladius Dei из Общества Св. Леопольда, но не каждый сотрудник ГСОС состоит в Gladius Dei и не каждый боец Gladius Dei вошёл в ГСОС. В совместных операциях группа обычно сохраняет собственное командование.

Японский ТРО следит за вампирами, которые переселяются в города страны, спасаясь от охоты в других частях Азии. Отдел зависит от сведений и финансирования «Первого луча» и УИО, а нехватку людей восполняет дронами и роботами. При этом внутри японской разведки у него нет официального признания.

Специалисты La Calcédoine сопровождают военных и жандармов при подозрении на деятельность пустотелых. Они тесно сотрудничают с «Первым лучом», предпочитают захватывать вампиров для допроса и считают их частью более широкой сверхъестественной угрозы. Группа выступает за открытую войну, опасаясь пробуждения могущественного предка вампиров.

СПВБ действует внутри египетских служб внутренней безопасности. Её сотрудники проникают в вампирские культы и сети поддержки в Северной Африке и Европе, чаще склоняя человеческих сообщников к сотрудничеству угрозами и шантажом. Захват и перевозку целей они оставляют УИО и «Первому лучу». В секретных тюрьмах Египта содержат иностранных вампиров для изучения и допросов; напрямую допрашивать их СПВБ запрещено, поэтому это делают союзные специалисты и подрядчики.

Небольшая группа быстро вскрывает сложные закрытые цифровые системы, не связывая себя обычными ведомственными и правовыми ограничениями. Союзники передают ей украденные телефоны и компьютеры, получают данные и возвращают устройства до того, как пропажу заметят. Если находка полезна не только охотникам, группа может поделиться ею с израильской военной разведкой или другими партнёрами.

Формально созданная в 2002 году структура имеет более старые корни. Её руководство придерживается крайне антикоммунистических взглядов и поддерживает связи с Ватиканом, США и НАТО. «Первый луч» и УИО предоставляют финансирование. Бойцы участвуют в ночных операциях и испытаниях новых средств против вампиров; американские партнёры опасаются, что такая активность раскроет общую охоту.

Один из ранних участников международного союза вырос из работы с экономическим шпионажем и оккультными тайнами. В его создании участвовали члены Арканума. G-K сотрудничает с ОГРУ и группой Ньюбург, но отношения с SO13 напряжённые. Его исследователи тайно ищут способ излечить вампиризм и экспериментируют со слабокровными; для получения новых пленников они обращаются к «Первому лучу» и Акритаи.

Одни охотники добывают доступ и влиятельных союзников, другие сопоставляют данные, изучают архивы и ведут наблюдение. Подготовленные группы выходят на задержание или уничтожение цели; религиозные специалисты работают рядом с ними. Не все эти люди служат в одном ведомстве.

Крупные ведомства — лишь часть угрозы. Подозрительную череду смертей могут заметить местные полицейские; преступники — столкнуться с вампиром из-за территории; одиночки — начать охоту после личной потери. Крупные службы иногда используют такие группы, снабжают их сведениями или вербуют участников.

Полицейские могут начать охоту после расследования подозрительных смертей и нападений. Нехватку сведений о вампирах они восполняют терпением и местными связями. Поначалу их расследования скорее осложняют жизнь Сородичам, но со временем могут привести к дневному нападению на убежище.

Правоохранители могут обнаружить связи между вампирами, ещё не понимая устройства их общества. Они способны привлекать местную полицию и вооружённые группы. Убийство нескольких агентов может привлечь внимание основных участников Второй Инквизиции.

Преступные группы охотятся на вампиров, когда те угрожают их интересам. Они используют подкуп, запугивание, шантаж и оружие; собственные технические специалисты помогают добывать сведения. Это местные противники Сородичей, которым не обязательно состоять в союзе государственных охотников.

Интернет-сообщества сопоставляют фотографии, слухи и сообщения очевидцев. Большинство их выводов ошибочно, но огромный объём совместной работы иногда позволяет найти настоящего вампира. Крупные службы следят за наиболее усердными сообществами и могут подхватить перспективное расследование.

Бывшие гули знают привычки и тайны своих хозяев, поэтому ценны для охотников. Некоторые Сородичи и слабокровные тоже сотрудничают с ними, добровольно или под давлением. Отношение к таким союзникам резко различается: одни группы используют их знания, другие не готовы им доверять.

Расследование может начаться с полицейского сообщения, необычных медицинских данных, публикации в сети или слов осведомителя. Даже Сородич, избегающий открытых конфликтов, оставляет следы кормления и связи с людьми.

Охотники сопоставляют случаи нападения, перемещения и встречи с наблюдением на месте. Найдя одного вампира, они следят за его окружением: контакты котерии могут вывести к другим Сородичам и общему убежищу.

Соседи, прихожане, работники больниц и люди из местных сообществ видят странности, которые не складываются в картину по отдельности. Охотники собирают эти наблюдения и пытаются привлечь приближённых вампира на свою сторону.

Архивисты, историки и специалисты по финансам изучают старые фотографии, связи, имущество и движение денег. Такой поиск помогает понять, как долго цель живёт под разными именами, кто её прикрывает и где находится её убежище.

Установив, откуда вампир получает кровь, охотники могут перекрывать поставки из больниц или подпольных сетей и следить за оставшимися источниками. Цель — сделать привычный способ кормления опасным и подтолкнуть Сородича к предсказуемому решению.

Наблюдение за убежищем, проверки, вмешательство местных властей и изменения в районе усложняют охоту. Иногда давление на окружение важнее прямого столкновения: связи и привычные безопасные места перестают работать.

Охотники могут передать сведения сопернику вампира или предложить ему временную сделку. Такое сотрудничество редко бывает надёжным: одни участники считают его необходимым, другие отвергают любой союз с Сородичами.

Не всякая история о новом оружии или всевидящем наблюдении правдива. Слухи могут заставить Сородичей отказаться от привычного маршрута, покинуть убежище или выдать страхом то, что охотникам ещё только предстоит найти.

ГРНУ — общее обозначение специальных полицейских и военных подразделений, которые службы тайного союза охотников направляют на операции против сверхъестественного. Это не отдельное ведомство: состав и оснащение каждой группы зависят от направившей её службы.

Когда охотникам нужна информация о других Сородичах, они изучают распорядок цели и выбирают момент, когда она окажется одна. Для такой операции важны приманка, средства удержания и заранее подготовленная перевозка.

Охотники наблюдают за возможным союзником, узнают его слабости и постепенно подводят к предложению сотрудничать. Даже добровольному перебежчику они не спешат доверять.

Охотники могут напасть там, где цель появляется среди смертных, вместо того чтобы штурмовать её убежище. Такой выбор зависит от охраны, свидетелей и того, насколько опасна огласка для самих участников операции.

Днём охотники рассчитывают застать вампира в убежище. Ночью риск для них выше, но только тогда можно перехватить Сородичей на встрече или накрыть сразу несколько целей. Масштаб и состав группы определяют заранее собранные сведения.

Аутодафе — показательное сожжение известного убежища или Элизиума. Охотники штурмуют его в полдень, уничтожают находящихся внутри Сородичей, сжигают здание и преследуют тех, кто пытается спастись. Цель не только в устранении вампиров: нападение на хорошо известное место должно напугать остальных Сородичей.

Арсенал охотников не ограничен кольями и огнестрельным оружием. Составной арбалет и ракетница соседствуют со светошумовыми гранатами и термитом; для штурма берут кевларовый жилет и штурмовой щит. Оснащение зависит от бюджета и задач конкретной группы.

Когда нужен пленник, охотники берут средства для удержания и перевозки, включая антиштурмовую пену. Захват требует не только вооружённой группы, но и подготовленного пути отхода: опасного противника нужно вывести из убежища и не дать ему сбежать.

Фургон наблюдения, приборы ночного видения и средства связи помогают вести цель до начала штурма. Тактический дрон и транспорт для группы поддержки расширяют возможности тех, кто располагает доступом к ведомственным ресурсам.

Экспериментальные устройства вроде XScope 3/SD или солнечной бомбы не входят в стандартное оснащение каждого отряда. Их производство и выдача зависят от лабораторий, бюджета и важности операции.

Религиозные охотники располагают предметами, которым приписывают силу против сверхъестественного. Такие вещи редки, а доступ к хранилищам Ватикана не означает, что любой отряд может взять нужную реликвию.

После масштабной операции британские охотники объявили Лондон свободным от вампиров. Теперь появление новых Сородичей в городе угрожает их репутации, поэтому любые признаки возвращения стараются пресечь до того, как они станут известны партнёрам.

Нападение на капеллу в Вене показывает масштаб, которого может достичь совместная операция. Международное сотрудничество позволяет охотникам действовать против узлов влияния Сородичей, а не только искать одиночные убежища.

Чем больше следов оставляют кормление, собственность, электронная переписка и смертные помощники, тем труднее скрываться даже без открытого нарушения Маскарада. Угроза меняет поведение Сородичей задолго до первого рейда.

Осведомителей вербуют давлением, близких к цели допрашивают, а наблюдение распространяется на целые сообщества. Ведомственные и религиозные интересы тоже влияют на выбор целей: действия охотников могут причинять вред людям, которых они намерены защищать.

В одном городе охотники годами собирают сведения, в другом проводят открытые рейды или контролируют ключевые районы. Международный союз усиливает местные группы, но не превращает все города в одинаково охраняемую территорию.